Телефонный звонок от тётушки из славного местечка, «Нахрапинска», застал Аню и Ваню врасплох.
— Мы к вам скоро приедем! — вещала тётя Геля. — Помнится, вы на свадьбе нас приглашали погостить, город посмотреть и как вы устроитесь в новой квартире.
Аня молчала, не в силах придумать что-то вразумительное. Пауза затянулась.
— Але, Анечка, ты меня слышишь? Але! Тьфу, что-то со связью! Сейчас перенаберу, — сбросила вызов тётушка, а Аня с полными ужаса глазами уставилась на мужа.
— Ваня, к нам едут Волковы!
— То есть, как едут? — обалдел Ваня. — Кто их звал? И кто такие Волковы?
— Тётя Геля, Ангелина Викторовна, мамина сестра, она говорит, что мы их приглашали. На свадьбе. Что делать? Сейчас вот совсем не до гостей! — засуетилась Аня.
— Пьяные, наверно были, — Ваня пытался вспомнить хотя бы саму тётушку, не говоря уже о приглашении.
Звонок повторился. Аня умоляюще смотрела на мужа. Тот пожал плечами. Вздохнув, она взяла трубку.
— Але, Анечка, слышишь меня? — кричала в телефон тётя. — Я говорю — мы приедем! Билеты взяли на завтра, послезавтра у вас будем. Мама твой адрес нам дала ваш.
— Да слышу, слышу, тёть Геля. Только у нас это, ремонт в самом разгаре, — попыталась отговорить родственницу Аня. — Живём в спартанских условиях.
— Ничего, мы непривередливые, — назойливая тётка пресекла на корню все тайные надежды племянницы избавиться таким образом от незваных гостей. — Гостинцев вам привезём. Ну ладно, до встречи!
Не успела Аня ещё раз возразить, как трубку на том конце провода уже положили.
— И сколько их? — задумчиво спросил Ваня.
— Кого? Волковых? Четверо. Тётя с мужем и двое детей-подростков, — схватилась за голову жена. — Что мы с ними делать будем?
— А ничего не будем! Скажем, что срочно пришлось уехать, — усмехнулся Ваня. — Пусть сами тут развлекаются, раз русского языка не понимают. Сказали же — ремонт!
— Как ты себе это представляешь? Мы с тобой, где это время жить будем? В подъезде под лестницей? — рассердилась Аня на глупую шутку мужа.
— На дачу поедем. Ещё тепло, там вполне можно переждать любой апокалипсис в виде твоих родственников. Им ключи у соседей оставим и записку, — подмигнул Ваня жене. Немного подумав, она согласилась.
Волковы всем своим табором прибыли в гости к Зайцевым и долго звонили в дверь, громко возмущаясь, что их не слышат, пока на шум не выглянула соседка.
— Чего вы шумите? Раз не открывают, значит, дома нет никого.
— Как нет? — опешила тётя Геля. — Мы же сказали, что сегодня приедем.
— Ну вот, вы приехали, они уехали. Такой круговорот. Ладно, подождите. Они ключи вам оставили и записку, — соседка нырнула обратно в квартиру и через минуту вынесла связку ключей и сложенный вчетверо тетрадный листок.
«Тётя Геля, извините, нам срочно пришлось уехать. Мы до вас не дозвонились, чтоб предупредить. Располагайтесь, как сумеете. Приятного отдыха. Обнимаю. Аня», — прочитала вслух тётушка.
— Ничего себе, поворот! — хмыкнул муж Иннокентий.
Дети тоже стали возмущённо перешёптываться.
— Спасибо, — поблагодарила соседку тётя, — дальше мы сами.
— Ну-ну, обращайтесь, если что, — усмехнулась та, юркнув за дверь.
Ввалившись в квартиру, Волковы остолбенели: под «ремонтом в самом разгаре» они никак не подразумевали голые стены, вдоль которых штабелями лежали мешки со строительными смесями, отсутствие коммуникаций в ванной и бачка в туалете. Единственная эмалированная допотопная раковина находилась на кухне, и та, скорее всего, была временной. Одинокий совдеповский кран торчал из стены, как немое напоминание о бренности бытия. Вода из него текла тонкой струйкой и только холодная.
Радовало наличие холодильника и электрической плитки. Ни кухонного гарнитура, ни стола со стульями на кухне не наблюдалось.
— Они тут как жили-то? — изумлённо оглядывал жилище Зайцевых Иннокентий. — И как мы тут будем жить неделю?
— Нам главное, чтоб розетки были — телефоны заряжать и похавать чего-нибудь, — подал наконец голос один из детей — Саша.
— Аха. И ещё бы вайфай был, было бы вообще, круто! — добавил второй из детей — Паша.
— Вам лишь бы в телефонах сидеть! — заворчала мать. — С таким же успехом могли бы и дома остаться. Мы сюда для чего приехали? Город посмотреть, а не привязанными быть к стене вашими зарядными шнурками. Нет, ну хозяева молодцы, конечно: «Приезжайте в гости, когда нас дома нет!»
— Всё, хорош причитать! — взял слово глава семейства. — Раз пошла такая пьянка, режь последний огурец! Будем выживать в сложившейся обстановке. Волковы ещё нигде не пропадали! Так, парни, строим первым делом стол. Мать, где лучше: на кухне или в комнате?
— На кухне, конечно! Я вам официантка, бегать по квартире с едой? — фыркнула тётя Геля.
Иннокентий с сыновьями быстро соорудили подобие стола из мешков с цементом, сложив их друг на друга и застелив плёнкой, рулон которой нашли на лоджии.
В холодильнике у Зайцевых повесилась колония мышей, поэтому гостинцы, что привезли с собой Волковы, оказались как нельзя кстати.
Сашу мать отправила за провизией в магазин, который заметила зорким оком по дороге. Паша ковырялся в телефоне, пытаясь взломать пароль от вайфая, потом пошёл лёгким путём: отыскал роутер и нашёл пароль там, сделав вайфай общедоступным.
Перекусив, семейство отправилось лицезреть достопримечательности города. На обратном пути заметили вывеску «Прокат».
— Зайдём? — предложил Иннокентий.
Все пожали плечами, но согласились. Чего только не давали в прокат нуждающимся: самовары, печные ухваты, хлопалки для выбивания ковров. Иннокентий внимательно смотрел, выискивая то, что им нужно.
— Во! — воскликнул он, показывая куда-то в угол пальцем. — Спальные мешки! То, что нужно! Не будем же мы на хозяйской кровати вчетвером спать. И чтоб всем не обидно было, возьмём себе по спальнику.
Остальные подумали и снова согласились. Ещё они взяли чайник и большую кастрюлю: «Чтоб не искать у хозяев в закромах – воду греть».
Навьюченные, как мулы, вернулись они в негостеприимную квартиру. Пока мужчины готовили ночлег, тётя Геля колдовала на кухне…
Неделя для Волковых пролетела незаметно. Конечно, комфорт был минимальный: приходилось ждать очереди в туалет, а потом ещё ждать, когда наберётся вода в ведро (которое нашли на лоджии), чтобы смыть продукты жизнедеятельности; к единственному крану тоже по утрам была очередь; завтракали и ужинали на мешках цемента из одноразовой посуды, в основном питаясь лапшой быстрого приготовления, пельменями и сосисками, которые приноровились жарить строительным феном.
Но даже такие лишения не заставили Волковых поменять билеты на раннюю дату.
Наконец, они уехали. Аня и Ваня подождали ещё один день, чтоб уж наверняка не столкнуться с непрошенными гостями, и вернулись домой, ожидая вконец разгромленную квартиру. Удивляться они начали уже при входе в подъезд: соседи, которые попались им по пути, радостно улыбались им и благодарили, называя их щедрыми и великодушными. Ничего не понимая, Зайцевы вошли в квартиру. Там пахло Дошираком и чем-то жареным. Стены были на месте, окна целы. Зато в кухне возвышалось строение из мешков с цементом.
— Мать моя! Как их отсюда уносить? — ахнула Аня.
Тут ей на глаза попалась записка, оставленная гостями: «Анечка, жаль, что мы не увиделись. Город у вас красивый. В квартире, правда, не очень. Мы вам стол на кухне сделали, а то живете как бомжи. На вашу кровать мы не посмели посягнуть, поэтому вам придётся сдать наши спальники в прокат и посуду тоже. Квитанция в кастрюле. Кстати, строительным феном можно жарить сосиски и гренки, и греть воду, если вы не знали. Да, вайфай теперь доступен всем. Паша молодец, смог разобраться. Так что, всего вам хорошего. Приедем в следующий раз, когда доделаете ремонт или хотя бы установите бачок на унитаз. Обнимаю, тётя Геля».
Аня и Ваня переглянулись.
— Бачок я установлю в последнюю очередь! — стукнул он кулаком по импровизированному столу, представляя, как им придётся вдвоём тащить в прокат всё барахло, что набрали там гости.
— А вот стол пока оставим! — добавила Аня, и они, взглянув друг на друга, расхохотались.
